Включение Северо-Западного Кавказа в состав Российской империи

Автор текста: Коллектив авторов
Дата публикации: 05.08.2017

В XVIII в. между левобережьем Кубани и Главным Кавказским хребтом до Сунжи на востоке проживали адыги и кабардинцы. Произошло сокращение численности и территории расселения жанеевцев, хегаков, адале, хатукаевцев, егерукаевцев, махошей, бжедугов, мамхегов, увеличение числа абадзехов, шапсугов, натухайцев. Соседями западных адыгов и кабардинцев были абазины, проживавшие по рекам Большой и Малый Зеленчук, Баксан, Малка, Кума, Малая Лаба, Уруп, Фарс, в прибрежных и горных районах Причерноморья, а также убыхи. Границы расселения были неустойчивы. На северных склонах центральной части Главного Кавказского хребта в ущельях проживали карачаевцы и балкарцы, в горной части Центрального Кавказа – осетины, переселившиеся на южные склоны хребта (дигорцы, баделятские фамилии) и продвигавшиеся далее на восток.

В 1739 г. по Белградскому договору Кабарда была объявлена “барьером” между Россией и Турцией. Однако набеги Османской империи и крымских татар продолжались, что усиливало политическую ориентацию края на Россию. В 1747 г. русское правительство разрешило принимать в подданство осетин и ингушей, в 1749–1752 гг. в Санкт-Петербурге находилось осетинское посольство, в результате переговоров предгорная равнина Центрального Кавказа, бассейн рек Ардон и Фиагдон признавались русским правительством свободными, подтвердилась российская ориентация этого района. В 1763 г. началось переселение горцев в урочище Моздок и строительство крепости Моздок, а в 1774 г. по итогам переговоров астраханского губернатора П. Н. Кречетникова с 20 членами посольства состоялось присоединение Осетии. До середины XVIII в. серьезных столкновений между горцами и царскими войсками, набегов и разбойных нападений не было.

В XVIII в. Шапсугия и Абадзехия в Закубанье управлялись привилегированной знатью, часть которой в конце века изгнало восставшее крестьянство, и данные районы превратились в сумму “вольных обществ” со слабой социально-имущественной дифференциацией. С последней четверти XVIII в. Северо-Западный Кавказ все активнее втягивается в экономические связи с Россией и другими странами, расширяется вывоз отсюда продуктов земледелия и скотоводства, изделий ремесла и лесных промыслов. В адыгском обществе, особенно у проживавших на Черноморском побережье шапсугов и натухайцев, активизировались притязания родовой аристократии и старшин, усиливается социальная напряженность. В 1751 г. русские войска оставили крепость Анапу, лишив адыгское дворянство возможности прибегать к их помощи для усмирения крестьян, и к концу XVIII в. волнения среди крестьян (шапсугов, абадзехов, натухайцев, всех адыгских народов Закубанья) возрастают.

Северный Кавказ оставался сферой соперничества России и османской Турции. С помощью французских инженеров Турция построила крепость Анапу, используя ее как один из форпостов для агрессии на Северном Кавказе. Однако в ходе русско-турецких войн происходит постепенное усиление влияния России в регионе. Так, по условиям Кючук-Кайнарджийского договора с Турцией 1774 г. Россия получила правый берег Кубани. Осенью 1777 г, когда из Турции в Суджук-Кале отплыл фрегат, Екатерина II, воспользовавшись ситуацией, сформировала под началом А. В. Суворова Кубанский корпус и отправила его на правый берег Кубани, где за короткое время была создана система укреплений и крепостей – Александровская, Копыловская, Марьинская, Новотроицкая и др Одновременно усиливалась и стихийная колонизация русским и украинским крестьянством Кубани и Причерноморья.

В 1783 г. Крымское ханство было упразднено, а в 1784 г. провозглашено присоединение Крыма к России. К 1785 г. все кордонные пограничные укрепления составили единую линию от Каспийского до Черного моря. Весной 1785 г. Екатерина II учредила Кавказское наместничество во главе с Г. А. Потемкиным (из Кавказской и Астраханской областей), началась раздача земель дворянству по линии Моздокской, всего 623 300 десятин.

Продолжающийся рост гнета со стороны шапсугского дворянства под руководством Али Султана Шеретлукова привел в 1792 г. к восстанию шапсугских крестьян, к которым присоединились абадзехи и натухайцы. Оно приобрело широкий размах, шапсугское дворянство было изгнано, вынуждены были бежать и Шеретлуковы. Антифеодальное движение северо-западных адыгов началось, охватив долины рек Абина, Псекужа, Пшиша, Пшехи, Схагуаши, дворянство же объединилось под руководством хамышевского князя Батыр-Гирея. В Санкт-Петербург прибыла депутация шапсугских и бжедугских дворян, которая была принята Екатериной II. Они заявили о своих верноподданнических чувствах и просили помощи в подавлении восстания. Атаману Черноморского казачьего войска было поручено направить за Кубань отряд казаков, а администрации края – содержать бжедугских князей и шапсугских дворян в добром расположении к России. Черноморское казачье войско располагалось по берегу Азовского моря до Ейска и вверх по Кубани до устья Лабы.

Летом 1796 г. в окрестностях Екатеринодара в урочище Бзиюко произошло решающее сражение, в котором крестьяне потерпели поражение. Однако восстание продолжалось. Крестьяне учреждали самоуправление и свою администрацию, вводили народное управление, продолжая упорное сопротивление. Открытое вооруженное вмешательство русских отрядов во внутриадыгские дела положило начало длительной войне на Кубани и в Черноморье.

В самом адыгском обществе произошел раскол. Потомственное крупное дворянство усиливает сотрудничество с царской администрацией, тогда как крестьянство, мелкое дворянство, феодальные старшины выступают против. Ядро движения составили тфокотли – юридически свободные общинники. Вскоре, однако, феодальные старшины, недовольные растущим радикализмом народных масс, начинают сотрудничество с Турцией, и крестьянство в борьбе против них обращается к России, чему способствовали традиционные экономические и другие связи с русскими переселенцами.

Кабарда делилась на две слабо связанные части – Большую и Малую. В Большой Кабарде было пять княжеских уделов (Атажукин, Мосостов, Джамбулатов, Бекмурзин, Кайтукин), в Малой – два (Таусултанов и Джелестанов). Каждое удельное княжество состояло из нескольких десятков деревень. Главой удела автоматически становился старший по возрасту из князей, в управленческий аппарат входили казначей, дворецкий, сборщики податей, личные телохранители – “ближние уздени” и др. Низовой административной единицей была деревня, владелец которой выполнял административно-полицейские функции. В частых междоусобных войнах знать прибегала к помощи со стороны Крымского ханства.

Высшая исполнительная власть в Кабарде принадлежала Верховному князю, избираемому на собрании представителей уделов из удельных князей, а законодательная – Совету удельных князей с их уорками (Хаса). Со 2-й половины XVIII в. на наиболее важные княжеские советы приглашаются представители народа – старшины. В XVIII в. в Кабарде и Горских обществах работали постоянно действующие судебные органы при старшем князе и в крупных селениях (“Хейжа” в Кабарде и “Тере” у балкарцев).

В 60-е гг. XVIII в. в Кабарде были построены военные укрепления от Кизляра, заложенного в 1736 г, до Моздока (1763 г.), что положило начало возведению Кавказской линии и усилению военно-казачьей колонизации в верховьях Кумы, по Лабе, Урупу, Малке, Сунже. С 1769 г. русская военная администрация учредила в Кабарде приставское управление. Кабардинские князья и дворяне все свои действия должны были согласовывать с ним. Таким образом, складывается система военно-народного управления, при которой приставы опирались на военную силу при сохранении традиционных общественно-политических институтов горцев. Вооруженные выступления кабардинских князей, их депутации в Петербург по вопросу срытия Моздока и упразднения приставства не увенчались успехом. В 1771 г. Екатерина II специальной грамотой запретила русским властям на Кавказе принимать беглых крестьян из Кабарды.

По Кючук-Кайнарджийскому договору с Турцией 1774 г. Кабарда стала составной частью России. Весной 1777 г. Екатерина II утвердила проект новороссийского губернатора ГА. Потемкина о соединении всех русских форпостов на Северном Кавказе от устья Дона до Терека в укрепленную линию – Азово-Моздокскую. Здесь развернулось расширенное строительство новых кордонных линий и крепостей между Моздоком и Азовом – Екатериноградская (1777), Георгиевская (1777), Солдатская (1779), Владикавказская (1784) и др., началось переселение туда хоперских и волжских казаков, между укрепленными пунктами развернута полоса редутов, батарей и наблюдательных пунктов. В 1778 г. кабардинские князья начали военные действия против русских войск, добиваясь уничтожения Марьинского, Павловского, Георгиевского, Ставропольского военных укреплений, однако были разбиты, а население края обложено новыми поборами. В случае притеснений со стороны владельцев земель царская администрация разрешила крестьянам переселяться на Кавказскую линию. Ограничения, наложенные властями на доступ к соляным озерам по р. Куме и за Тереком, регулярные военные экспедиции вызывали вспышки сопротивления и нападения на укрепления.

С 90-х гг. XVIII в. на территории Кабарды вводится российская административно-судебная система управления. В 1793 г. по предложению Главнокомандующего Кавказской линией генерал-аншефа А. И. Гудовича в Кабарде были учреждены “родовые суды” и “расправы” под руководством моздокского коменданта. Они действовали на основе обычного права и разбирали тяжбы и мелкие преступления. Все уголовные дела рассматривались по законам империи в “Верхнем пограничном суде” в Моздоке под председательством коменданта крепости. Это была апелляционная инстанция для родовых судов и расправ, подчинявшаяся астраханскому генерал-губернатору. По разрешениям родовых судов и расправ созывались народные собрания (хасу).

Все эти мероприятия вызвали сопротивление. В 1794 г. в Кабарде вспыхнуло восстание во главе с Измаилом и Адилыиреем Атажукиными, Атажуко Хамурзиным из рода Кайтукиных и другими князьями. Оно было подавлено, а лидеры отправлены в ссылку. В 1799 г. А. Атажукин бежал из ссылки и на новом этапе возглавил освободительное движение в Кабарде. Теперь к нему присоединилось мусульманское духовенство во главе с эфендием Исхаком Абуковым, что придало религиозную окраску борьбе. Так называемое шариатское движение (1799–1807 гг.) имело массовый характер, в него включились часть абазинов, бесленеевцев, чегемских карачаевцев, среднего и мелкопоместного дворянства. Восставшие выступали за учреждение духовного суда вместо родовых, за всеобщее равенство во имя религии. Российская администрация была вынуждена пойти на замену родовых судов и расправ шариатскими судами Мехкеме, что привело к усилению влияния мусульманского духовенства на политическое положение в Кабарде, Горском Карачае и частично в Дигории. Верховные князья Кабарды одновременно являлись и валиями Мехкеме, т. е. председателями верховных духовных судов. В Кубанском Карачае же функционировали традиционные институты власти – тёре. Но и здесь в XVII–XVIII вв. утвердились духовные суды – Мехкеме, в которых заседали бии, уллууздени.

К началу XIX в. вся горная полоса Северного Кавказа от линии Кубань – Терек к югу еще не была под контролем русской военной администрации. Противоречивый характер имело развитие политической обстановки, попытки создания черкесского государства не имели успеха. Горские феодалы пытались лавировать, занимая то прорусскую, то протурецкую позицию. Так, карачаевские феодалы, разделившись на две партии, то просили выставить русские залоги по границе, то выдавали Турции аманатов из четырех сословий – князей и узденей разных степеней. Вместе с тем рост торгового обмена и других связей адыгов и русских в Прикубанье вызывал тревогу в Анапе. В результате русско-турецких переговоров в феврале 1800 г. черноморскому войсковому атаману было предписано не пускать адыгов на русскую сторону.

В ответ на спровоцированные Турцией набеги адыгов Александр I специальным рескриптом 17 апреля 1800 г. разрешил черноморскому казачеству совершать карательные экспедиции за Кубань для наказания адыгского населения. В ходе русско-турецкой войны 1806–1812 гг. Анапа и Суджук-Кале были возвращены Турции. В то же время, русское влияние среди народов Закубанья продолжало укрепляться путем торговли, основная масса адыгов занимает прорусскую позицию, хотя со стороны части феодальной верхушки, боявшейся потерять власть с утверждением русской администрации, распространялись идеи переселения, и отдельные кабардинские князья и дворяне во 2-й половине XVIII и 1-й половине XIX вв. переселяются в Закубанье и Турцию.

В 1803 г. началось строительство на месте карачаевского поселения Ачысуу (Кислая вода) Кисловодского укрепления и казачьих станиц в Пятигорье, по времени совпавшее с очередными выборами в родовые суды и расправы и вызвавшее новое восстание в Кабарде. Основное требование сводилось к уничтожению Кисловодской крепости и ликвидации кордонной линии. В 1804 г. в Кабарду для утверждения российской власти и подавления противодействия была направлена военная экспедиция. Во время восстания 1809–1810 гг. кабардинские феодалы попытались переселить подвластное им население в горы. Отказ крестьянства был использован царской администрацией для раскола движения, и направленные в апреле 1810 г. в верховья рек Баксана, Шалушки, Чегема, Нальчика карательные экспедиции решительно подавили сопротивление. В 1811 г. кабардинцы и ряд закубанских обществ и союзов приняли русское подданство. В 1826 г. Карачай во главе с верховным князем подписывает договор о взаимной помощи в случае нападения третьих сил. Однако олий Карачая продолжает посылать аманатов турецкой стороне, что вынудило русское правительство отправить в Карачай в 1828 г. войска под командованием ген. Эммануэля и ген. Суворова (не А. В. Суворова, 1730–1800 гг). Вооруженное столкновение, длившееся между Карачаем и Россией в течение 1826–1828 гг, закончилось присоединением Карачая к России.

После 1813 г. Северный Кавказ все больше становится сферой внутренней политики России, оставаясь к тому же и ареной острых международных противоречий. Учитывая невозможность отправить туда крупные военные подкрепления, расстройство финансов и недостаток военных линий, Александр I назначил в 1813 г главнокомандующим на Кавказе генерала А. П. Ермолова Расширилось строительство военных укреплений вблизи аулов, на плодородных равнинах, в важнейших топографических пунктах, особенно с 1816 г. В 1817 г. было предписано выделять земли казакам правого фланга Кавказской линии.

В 1819 г. против адыгов на Северо-Западном Кавказе действовало 40-тысячное Черноморское (Кубанское) казачье войско. В 1820 г. оно было подчинено Ермолову, а вся территория от Азовского моря до земли Войска Донского включалась в Кавказскую губернию. С 1833 г. вся служба по военной линии на Кубани засчитывалась офицерам войска за действительную военную службу. В 1821 г. на земли Черноморского войска началось переселение крестьян Черниговской и Полтавской губерний, активизировался переход к непосредственному подчинению горских обществ и правителей края российской военно-административной власти, перенос военной линии с Терека до подножия Кавказского хребта. Для подавления сопротивления (наиболее крупные вспышки недовольства произошли в 1822 и 1825 гг., особенно под влиянием духовенства) в Кабарду был введен “летучий отряд” с артиллерией, начато строительство укреплений от Владикавказа к верховьям Кубани и перемещение военной линии на юг от Терека к подножию так называемых Черных гор, в 1822 г. крестьянам объявлялась свобода от непокорных русской администрации князей, которые между тем продолжали нападения на Кавказскую линию.

События в Кабарде и Балкарии были тесно связаны с ситуацией в Закубанье, населенном многочисленными адыгскими народами и карачаевцами. Часть ногайцев кочевала западнее Екатеринодара, в Закубанье их насчитывалось до 300 тыс. чел. Строительство укреплений в Кабарде и перенос военной линии сопровождались учащением наездов закубанцев на русские укрепления, ответными карательными мерами и насаждением русской администрации у ногайцев. В 1821 г. были утверждены “Правила для торговых сношений с черкесами и абазинцами”, что отвечало объективным потребностям этих народов, но вызвало противодействие анапских властей.

Положение оставалось сложным, и в 1824–1825 гг. войска вновь разрушили ряд аулов в Закубанье, где сопротивление возглавили местные аристократы, связанные с Турцией доходами от продажи людей в рабство, сбыта самшита, кож, мехов и шерсти. Однако рядовые шапсуги, натухайцы и абадзехи обратились к русскому командованию с просьбами о покровительстве. В конце 1826 – начале 1827 гг. создалась благоприятная обстановка для прекращения военных действий и мирного присоединения адыгских народов к России.

В ходе русско-турецкой войны 1828–1829 гг. укрепились связи российских властей с адыгскими князьями и дворянством, восставшие бжедугские крестьяне были изолированы от наиболее решительных и последовательных сторонников продолжения борьбы – абадзехских крестьян, а обращение бжедугской аристократии было использовано для разорения и сожжения сопротивлявшихся адыгских сел по левому берегу Кубани. Была взята Анапа, захвачен Геленджик, развернуто строительство новых крепостей и кордонов, предпринималась также попытка патрулирования военными сторожевыми судами Черноморского побережья. По Адрианопольскому мирному договору с Турцией 2(14) сентября 1829 г. весь берег Черного моря от устья Кубани до пристани Св. Николая включительно отошел к России. Турция отказалась от всех притязаний на Черноморское побережье, населенное адыгами, от земель севернее новой пограничной линии.

Таким образом, Черкесия перешла к России, но закубанские адыги, считавшие свои территории суверенными, отвергли трактат. Осенью 1830 г. царские войска двинулись в долины рек Ажипса, Уби, Хапли, Антхыра. Сопротивлявшиеся села сжигались. Для укрепления позиций в регионе Кавказская линия была разделена на правый фланг, левый фланг и центр, а также Черноморскую кордонную линию. В 1832 г. для размещения в укреплениях и крепостях Кавказской линии было образовано Кавказское линейное казачье войско. В 1821–1822 гг. с подавлением антирусской оппозиции части кабардинских феодалов русскими войсками левое крыло Кавказской линии продвигается в глубь Кабарды, было построено несколько военных укреплений по рекам Малке, Баксан, Чегем, Черек, Урух, в том числе Нальчик, которые заперли выходы на равнину из ущелий и составили Кабардинскую военную линию.

Важное значение имела замена в 1822 г. Мехкеме Временным кабардинским судом. По шариату рассматривались только гражданские дела, члены суда руководствовались обычным правом и частично русским законодательством. Уголовные дела рассматривались военным судом по законам Российской империи. Временный кабардинский суд являлся также исполнительным органом власти внутреннего управления Кабарды. На места командующим Кавказской линией назначались приставы.

Кабардинские князья, не смирившиеся с покорением края, переселялись за Кубань, в ущелья Зеленчука и Урупа. Отряды так называемых “беглых” кабардинцев во главе с князьями Джамбулатом Айтековым и Измаилом Касаевым в 1825 г. продолжали набеги на русские станицы по верхнему течению Кубани – Баталпашинскую, Беломечетскую, Невинномысскую и др. Однако к этому времени Кабарда была присоединена к России, хотя сопротивление здесь продолжалось и в 40-е гг. XIX в.

Одним из руководителей движения был князь Сефер-бей Заноко. Он пропагандировал идею примирения адыгов с Россией на условии ликвидации ею военных крепостей, но придерживался протурецкой ориентации и пытался консолидировать сторонников продолжения сопротивления России на основе ислама. Его соперничество с другим вождем черкесов – шамилевским наибом Мухаммед-Амином лишь углубило противоречия в среде восставших. После смерти Сефер-бея (1859 г.) с участием его сына Карабатыра в 1861 г. шапсуги, абадзехи и убыхи образовали меджлис “Великое свободное собрание”, ставшее на время своеобразным политическим центром борьбы на Северо-Западном Кавказе.

Весной 1831 г. адыгская депутация направила царским чиновникам письмо с предложением уничтожить русские крепости при условии признания русского подданства, но оно не было принято. Рост волнений на Северо-Западном Кавказе продолжался. В 1832 г. было образовано Кавказское линейное войско с наказным атаманом, подчиненное командиру Отдельного Кавказского корпуса, которое просуществовало 26 лет, а после 1860 г. было упразднено с образованием Кубанского казачьего войска. Вместе с силовым давлением развертывалась и экономическая блокада региона, на что горские народы ответили новой религиозной формой военно-политической организации и борьбы, получившей название «мюридизм».

Опираясь на условия Адрианопольского мирного договора, правительство в 1837–1839 гг. построило между Сухумом и Анапой 17 укреплений, которые составили Черноморскую береговую линию. В то же время в период Крымской войны адыги в основной массе не поддались усиленным попыткам Турции возбудить в них антирусские настроения и оставались пассивными.

Включение Северо-Западного Кавказа в состав России сопровождалось крестьянской колонизацией края. В 1774–1796 гг. начинается колонизация Кубани русским и украинским крестьянством и казачеством, строительство крепостей и укрепленных линий на адыгских землях. В 1796–1829 гг. в сферу российского влияния включаются равнинные части адыгских земель, они разделяются укреплениями и кордонными линиями, а сопротивление адыгских масс проявляется в форме разрозненных спорадических выступлений. Завершающие этапы присоединения региона – 1829–1856 и 1856–1864 гг., когда в ответ на активизацию военных действий происходит сплочение и расширение социальной основы сопротивления, завершившегося поражением и выселением горцев, в том числе, за пределы России.

Ужесточение насильственной политики царизма способствовало расширению влияния религиозного фактора. В мае 1842 г. на Северо-Западный Кавказ в сопровождении нескольких эфендиев прибыл наиб Шамиля Хаджи-Мухаммед. Они начали распространять воззвания с призывом начать военные действия против царских властей и перешедших на русскую службу князей. Был организован отряд регулярной конницы (муртазиков) из переселенцев (хаджиретов или мухаджиров). Введение духовного суда, всевозможных налогов и штрафов, злоупотребления сторонников наиба – все это вскоре вызвало отчуждение крестьянства. Не поддержала наиба и адыгская верхушка, стремившаяся сохранить свои родовые права. Относительная слабость мусульманского духовенства в крае наряду с вышеупомянутыми обстоятельствами не позволили мюридизму укрепиться на Северо-Западном Кавказе.

После смерти Хаджи-Мухаммеда, в 1845 г. на Северо-Западном Кавказе появляется новый наиб – Сулейман-эфенди, попытавшийся объединить адыгов и организовать их выступления против русских войск и укреплений. Но он вскоре перешел на сторону России и стал выступать против Шамиля и его движения. В 1846 г. Шамиль с десятитысячным отрядом вторгся в Кабарду, но не встретил здесь широкой поддержки и вернулся в Дагестан. В 1848 г. Шамиль отправил к адыгам наиба Магомед-Амина. В это время происходило дальнейшее обострение социальных противоречий внутри адыгского общества. Магомед-Амин, стремясь расширить социальную базу сопротивления России, раздавал обещания освободить крестьян от всех податей и повинностей в пользу верхушки, что привлекло на его сторону часть народа. До 1850 г. Магомед-Амин управлял только абадзехами, летом 1850 г. покорил натухайцев, кроме живущих по Черноморскому побережью, куда наступали царские войска, и направил отряды на покорение шапсугов, которые после недолгого сопротивления были им подчинены.

Магомед-Амин действовал в Закубанье почти самостоятельно от Шамиля. Им были созданы военные укрепления, округа управлялись муфтиями и советами из трех кадиев (мехкеме), были созданы также отряды муртазикатов (ядро регулярной армии адыгов для борьбы с царскими войсками). Вся светская и духовная власть находилась в руках Магомед-Амина. Но объединить всех адыгов и создать аналогичную имамату Шамиля государственную систему Магомед-Амин не смог. Шапсуги и натухайцы на народных собраниях в 1851 г. потребовали от него улучшения своего положения, массы постепенно стали отходить от наиба, в некоторых местах доходило до вооруженных выступлений против него.

Недовольство масс вызывала также ориентация Магомед-Амина на Турцию во время Крымской войны 1853–1856 гг. Не увенчались успехом и попытки его главного соперника в альянсе с турецкмии властями шапсугского князя Сефер-бея Занова как султанского паши весной 1854 г. набрать черкесское ополчение. В 1855 г. абадзехи не отозвались и на призыв сторонников Порты и наибов Шамиля из Анапы выступить против русских. Магомед-Амин, провозглашенный осенью 1855 г. турецким главнокомандующим Осман-пашой начальником всех горских ополчений Западного Кавказа, обещал собрать сорокатысячное ополчение, но адыги отказались участвовать в войне против России. Осенью 1857 г. Сефер-бей Занов направил Александру II меморандум, в котором говорилось о требовании независимости адыгов под покровительством Турции. Магомед-Амин в то же время стремился заручиться поддержкой воюющих держав. В ноябре 1859 г. после переговоров Магомед-Амин вместе с абадзехами дал присягу на верноподданство России. В конце 1859 г. Сефер-бей Занов умер, а Магомед-Амин оставался у абадзехов в качестве эфендия, что, тем не менее, не остановило продолжающиеся междоусобицы. Несмотря на попытки воюющих держав союзников Турции использовать внутриадыгские противоречия для усиления антироссийских настроений, закубанские горцы оставались пассивными в войне и в большинстве своем склонялись к союзу с Россией.

В середине XIX в. возникло мухаджирство – переселенческое движение значительной части кавказских народов в Османскую империю, во многом вызванное военно-политическими методами присоединения региона к России. Громадные размеры переселенческого движения горцев определялись радикальным изменением характера борьбы с ними, которая ставила две цели – ослабить численный состав горского населения и, выселив его на равнину, добиться окончательного повиновения, закрепив на их прежних местах казачество. Выселение особенно сложно проходило в Закубанском крае, где в стратегически важных районах вместе с абхазами и убыхами проживали приморские этнические группы натухайцы, шапсуги, абадзехи. В 1860 г. царские власти от организации экспедиций переходят к систематическому заселению занимаемых земель казачьими станицами и выселению горцев на плоскость. Специальная комиссия, созданная в 1862 г, выделяла эмигрантам по 10 руб. на семью, организовывала отправку адыгов в Турцию. По данным Т. Х. Кумыкова, в 1859–1862 гг, из Большой Кабарды в Турцию было выселено более 10 тыс. чел., до 3 тыс. тагаурских и дигорских осетин, в 1865 г. – около 3 тыс. кабардинцев и 45 осетинских семейств. В 1864 г. было выселено около 6 тыс. шапсугов, более 21 тыс. убыхов, до 20 тыс. бжедугов и абадзехов, около 400 семей карачаевцев, а в 1880-ые и в 1905–1906 гг. число мухаджиров-карачаевцев составило 13–15 тыс. чел… Наиболее часто упоминающееся общее количество выселенных за 1858–1865 гг. – 494 633 чел. считается многими учеными преувеличенным.

С образованием в 1860 г. Кубанской области усилилась колонизация края. В течение 14 лет под прикрытием военной силы происходит переселение с восточной стороны Кубанских предгорий в Закубанье. В 1861 г. поселено 1736 семейств в 11 станицах в верховьях Кубани и ее притоков по направлению к Майкопу. К концу 1863 г. в Кубанской области было 18 военных кордонных линий и участков, на которых размещались 71 рота, 93 кавалерийские сотни и 24 орудия. В 1862–1863 гг. здесь было образовано 40 казачьих станиц, всего же в 1861–1865 гг. – 81 станица и другие поселения с 14 081 семейством. В 1862 г. было утверждено Положение о заселении предгорий западной части Северного Кавказа, в котором предусматривалось выделение денежных пособий, надел общинными землями и передача земли в частную собственность.

Закубанские станицы были важными стратегическими пунктами в вытеснении горцев. Колонизация Закубанского края проводилась под влиянием военных приоритетов. Занятие западных предгорий Кавказа положило конец колонизации Кубанской области в смысле расширения границ казачьей территории. Казачество делилось на отдельные станичные общины, со временем места их расселения не назначались администрацией, а определялись инициативно, с последующей санкцией властей. Кроме того, постоянно рос приток иногородних – крестьян-арендаторов и ремесленников из внутренних губерний России.

В 1834 г. возник Армавир (основное население – горские армяне), основываются немецкие колонии, позже усиливается приток греков, болгар, молдаван и др. Доля иногородних постоянно возрастала, особенно с 1868 г., когда появился закон, позволявший лицам невойскового сословия приобретать в собственность усадебные строения на казачьих землях. В течение 15 лет крестьяне, выходцы из южнорусских губерний, достигли 25 % казачьего населения (250 тыс.). Они арендовали войсковые общинные и частные земли, часть их была принята станичными обществами. Колонизация предгорий сопровождалась выселением горцев из ущелий к берегам Кубани.

Включение Северо-Западного Кавказа в состав Российской империи